Смех прокатился по всему отделу разом, едва прозвучала шутка про нового начальника. Тишина накрыла кабинет так же быстро: в дверях стоял именно он. Одна фраза за секунду успела рассмешить весь этаж и испортить кому-то квартальную премию. Философы веками предлагали десяток теорий смешного, а рабочую формулу для этой границы нашли только в 2010 году.
- Чувство юмора это способность замечать нарушение нормы там, где оно одновременно безопасно: такую формулу в 2010 году вывели психологи Питер Макгроу и Калеб Уоррен.
- Смех меняет тело за секунды: дыхание сбивается на характерный ритм, работают мышцы лица и живота, а порог боли после пятнадцати минут смеха в компании поднимается в среднем на десять процентов.
- У юмора четыре стиля по опроснику психолога Родни Мартина 2003 года, и два из них, самоуничижительный и агрессивный, обходятся дороже самому шутнику, чем слушателям.
- Юмор работает буфером против стресса: у людей с высокими показателями по шкале совладания через юмор негативные события меньше портили настроение, показали Мартин и Лефкурт ещё в 1983 году.
- Чувство юмора поддаётся тренировке и во взрослом возрасте: восьминедельная программа заметно подняла его показатели у обычных людей без актёрской подготовки.
Содержание
- Чувство юмора простыми словами
- Теория доброкачественного нарушения: откуда берётся смешное
- Где проходит граница между смешным и оскорбительным
- Что происходит с дыханием и мышцами, когда вы смеётесь
- Смех поднимает порог боли: опыт с эндорфинами
- Что смех делает с гормонами стресса
- Четыре стиля юмора по Родни Мартину
- Самоуничижительный юмор: цена смешного о себе
- Агрессивный юмор: смех за чужой счёт
- Юмор как инструмент притяжения и влияния
- Когда идти к врачу
- Юмор как способ пережить тяжёлое
- Можно ли развить чувство юмора: честный ответ
- Что делать прямо сейчас: три приёма
- Практика на сегодня: дневник трёх улыбок
- Чего делать не стоит
- Что из этого следует
- Частые вопросы
Чувство юмора простыми словами
Чувство юмора это способность улавливать несовпадение: слышать, что ситуация одновременно нарушает привычный порядок вещей и не несёт угрозы. Ребёнок хохочет, когда мама прячется за ладонями и вдруг появляется снова. Правило «мама рядом» на секунду нарушено, и тут же восстановлено. Тот же механизм накрывает взрослого, когда коллега поскальзывается на льду и тут же встаёт, отряхиваясь. Работает он одинаково и в три года, и в тридцать пять.
Разговорное «у него хорошее чувство юмора» смешивает три разных навыка. Замечать смешное в происходящем, самому его создавать и понимать, когда шутка неуместна. Человек может отлично считывать чужой юмор и совершенно не уметь шутить сам, либо наоборот, сыпать репризами и не замечать, что аудитория давно поскучнела. Дальше в статье эти навыки разобраны по отдельности, включая тот, который чаще всего подводит: умение ловить саму грань дозволенного.
Ещё одна путаница в бытовой речи: чувство юмора путают с весёлым нравом. Это разные вещи. Человек может быть тихим и сдержанным. При этом абсурд происходящего он ловит точно, просто не озвучивает его вслух. Юмор здесь описывает именно то, как человек воспринимает происходящее.
Теория доброкачественного нарушения: откуда берётся смешное
В 2010 году психологи Питер Макгроу и Калеб Уоррен из Колорадского университета опубликовали в журнале Psychological Science работу, которая свела десятки конкурирующих теорий смешного к одной формуле. Их идея: смех рождается там, где ситуация читается сразу двумя способами. Первый: что-то нарушено, задета норма, приличие, логика или физическая безопасность. Второй: происходящее при этом остаётся безобидным, оно никому не вредит по-настоящему. Оба прочтения должны держаться в голове одновременно, иначе смеха не будет.
Проверить формулу легко на щекотке. Чужая рука касается ребра, тело считывает это как вторжение, лёгкую угрозу. Но контекст, свой человек, знакомая комната, добавляет второй слой: опасности на самом деле нет. Из столкновения этих двух впечатлений и рождается смех, причём щекотка перестаёт работать в кабинете у незнакомого врача: первое остаётся, а второе пропадает.
Есть альтернативная норма
Ситуация становится смешной, если рядом существует правило, по которому она допустима. Взрослый, который ест руками в приличном ресторане, нарушает этикет. На пляжной вечеринке с чипсами действует совсем другой обычай, и смеяться не над чем.
Слабая привязанность к нарушенной норме
Чем меньше лично вам важна нарушенная норма, тем проще над этим посмеяться. Шутка про чужую религию пролетает мимо вас куда легче, чем про вашу собственную. Причина простая: своя ценность держит вас крепче.
Психологическая дистанция
Падение на банановой кожуре смешит на экране и в чужом дворе: там есть дистанция. Оступиться самому прямо сейчас, на глазах у руководителя, куда неприятнее: такого зазора нет вовсе, и смеяться уже не хочется. Время, расстояние и вымысел добавляют ту самую дистанцию, что превращает происшествие в анекдот.
Где проходит граница между смешным и оскорбительным
Теория Макгроу и Уоррена объясняет заодно и то, почему одна и та же шутка веселит одних и оскорбляет других. Смешное живёт в узкой полосе между двумя провалами. Слева пропадает само нарушение: шутка становится пресной, потому что ничего не задето. Справа исчезает безобидность: происходящее оказывается слишком настоящим, и тогда включаются уже гнев или отвращение вместо смеха. Одна и та же фраза про болезнь родственника может рассмешить того, кто сам это пережил и давно отпустил, и ударить того, для кого рана свежая: у них разная дистанция до одного и того же нарушения.
Отсюда практическое следствие для любого, кто шутит в компании. Проверять стоит адресата. У кого из слушателей сохранилась привязанность к задетой норме и насколько близко к ним подошло нарушение? Шутка про руководителя из начала статьи провалилась ровно потому, что дистанция для одного конкретного слушателя внезапно исчезла: он стоял в дверях.
Одна и та же ситуация у разных людей стоит по разные стороны границы, потому что у каждого свой набор норм и своя дистанция до них. Это реально заметить заранее. Достаточно спросить себя: у кого из слушателей нарушенная норма может оказаться болезненной именно сегодня?
Что происходит с дыханием и мышцами, когда вы смеётесь
Настоящий смех, тот, что срывает вас с места, устроен как короткий физический шторм: вежливое «ха-ха» из приличия к нему отношения почти не имеет, у него другая физиология. Психиатр Уильям Фрай из Стэнфорда с коллегой Чарльзом Рэйдером в 1977 году в журнале Journal of Biological Psychology детально описали дыхательный рисунок смеха: серия резких выдохов на фоне почти полного вдоха, звук рождается именно на этих толчках, в отличие от плавного потока воздуха при обычной речи. После сильного приступа поэтому трудно вдохнуть: лёгкие уже переполнены короткими выдохами.
Дальше подключаются мышцы, которые к дыханию отношения не имеют напрямую. Диафрагма сокращается быстрыми толчками, брюшной пресс работает так же, как при нескольких десятках приседаний, а лицо задействует до пятнадцати мышц одновременно: скуловые, круговую мышцу глаза, губы и мускулы вокруг рта. Фрай сравнивал минуту искреннего смеха с лёгкой кардионагрузкой и в шутку называл это внутренним бегом трусцой. Пульс при этом заметно подскакивает, а потом падает ниже стартового уровня, и именно этот спад читается телом как расслабление после смеха. Лицо здесь работает как самый честный индикатор: подробнее о том, какие знаки тело выдаёт без спроса, мы разбирали в статье про невербальное общение.
Смех поднимает порог боли: опыт с эндорфинами
В 2011 году антрополог Робин Данбар из Оксфорда с коллегами провёл серию из шести опытов, наблюдая за людьми и в лаборатории перед экраном, и на живых представлениях. Мерили одну простую вещь: болевой порог до и после приступа веселья, с помощью тугой манжеты на руке или ледяной ёмкости. Пятнадцать минут смеха в компании поднимали порог боли в среднем на десять процентов по сравнению с контрольным просмотром скучного видео в одиночку.
Ключевое слово здесь «в компании». Данбар специально проверял: работает ли эффект от одного веселья или от совместного смеха, разделённого с другими людьми. Разница касалась физического акта хохота: сокращения диафрагмы и мышц живота, судя по всему, запускают выброс эндорфинов, тех же веществ, что притупляют боль после интенсивной тренировки. Данбар предположил, что этот эффект и держит компании вместе: общий смех буквально понижает чувствительность к дискомфорту у всех, кто в нём участвовал, и делает время рядом друг с другом физически приятнее.
Что смех делает с гормонами стресса
Иммунолог Ли Берк с коллегами в 1989 году в American Journal of the Medical Sciences поставил простой опыт: десять здоровых мужчин, пять смотрели часовой юмористический ролик, пять сидели в тишине. Кровь брали несколько раз за час. У тех, кто смотрел запись, упали сразу четыре показателя: кортизол, адреналин, гормон роста и один из метаболитов дофамина, причём первый из них просел на 39%, второй на 70%, и разница была статистически значимой по сравнению с контрольной группой.
Смысл находки Берка глубже, чем «смех заменяет отдых»: он физиологически откатывает назад именно ту реакцию, которую запускает острый стресс. Тело, готовое к тревоге, буквально получает химический сигнал отбоя. Ниже, в таблице, эти три работы сведены рядом: видно, что это один и тот же процесс, замеренный тремя разными приборами.
| Что измерили | Кто и когда | Метод | Результат |
|---|---|---|---|
| Дыхание и мышцы | Уильям Фрай и Чарльз Рэйдер, 1977 | Запись дыхательного цикла во время смеха | Серия резких выдохов, нагрузка на диафрагму и пресс сравнима с лёгкой кардиосессией |
| Порог боли | Робин Данбар с коллегами, 2011 | Манжета и лёд до и после эпизода смеха | Рост порога боли в среднем на 10% после смеха в компании |
| Гормоны стресса | Ли Берк с коллегами, 1989 | Анализ крови до и после часа комедии | Кортизол минус 39%, адреналин минус 70% |
Четыре стиля юмора по Родни Мартину
В 2003 году канадский психолог Родни Мартин с коллегами Патрисией Пулик-Дорис, Гвен Ларсен, Джин Грей и Кэтрин Уир опубликовал в Journal of Research in Personality опросник, который развёл понятие «чувство юмора» на четыре отдельных стиля. До этой работы исследователи мерили юмор одной шкалой, будто он либо есть, либо нет, и упускали главное: одни способы шутить сближают людей, а другие незаметно разрушают и отношения, и самого шутника.
Опросник на 32 пункта разделил стили по двум осям: на кого направлен юмор, на себя или на других, и несёт ли он доброжелательность или враждебность. Получилась простая матрица из четырёх ячеек, и она оказалась удивительно предсказательной: два стиля устойчиво связаны с экстраверсией и благополучием, два других с тревожностью и депрессией.
| Стиль | Куда направлен | Как выглядит | С чем связан |
|---|---|---|---|
| Аффилиативный | На отношения, доброжелательно | Безобидные шутки, чтобы сблизиться и снять напряжение в разговоре | Экстраверсия, удовлетворённость отношениями |
| Самоподдерживающий | На себя, доброжелательно | Способность посмеяться над нелепостью жизни, не теряя опоры | Оптимизм, устойчивость к стрессу |
| Агрессивный | На других, враждебно | Сарказм, поддёвки, юмор за счёт слушателя, даже если тот против | Враждебность, проблемы в отношениях |
| Самоуничижительный | На себя, за свой счёт | Смешить компанию, выставляя себя в невыгодном свете | Низкая самооценка, тревожность, депрессия |
Самоуничижительный юмор: цена смешного о себе
Самоуничижительная шутка на первый взгляд выглядит скромностью и умением посмеяться над собой, и именно поэтому её так часто хвалят: компания хохочет, человек чувствует момент связи. Мартин и его коллеги показали другую сторону этой монеты. Люди с высокими баллами по самоуничижительному стилю систематически показывали повышенную тревожность, больше депрессивных симптомов и заниженную самооценку, причём связь сохранялась даже с учётом экстраверсии и общей склонности шутить.
Разница между здоровой самоиронией и самоуничижением тонкая, но видна по одному вопросу: ради чего звучит фраза. Она смеётся над нелепой ситуацией, в которую попал человек, и оставляет его достоинство на месте. Самоуничижение выставляет на смех саму личность, «я вечно всё порчу», и получает одобрение компании ценой того, что человек раз за разом публично соглашается быть мишенью. Со временем эта роль закрепляется, и уйти от неё труднее, чем от разовой неудачной шутки.
Агрессивный юмор: смех за чужой счёт
Агрессивный стиль работает зеркально: смех строится за счёт слушателя, часто под маской безобидного юмора. «Да ладно, это же просто шутка» звучит в ответ на любое возражение, и это фраза-маркер, которую стоит замечать в чужой и в собственной речи. Формально условие безобидности из теории Макгроу и Уоррена здесь как будто соблюдено: человек, который шутит, считает нарушение пустяковым. Проблема в том, что итоговое слово тут не за ним: решает тот, о ком шутка.
Мартин с коллегами обнаружил у людей с высокими баллами по агрессивному стилю больше враждебности и меньше удовлетворённости отношениями, и эта связь держалась независимо от пола и возраста опрошенных. Короткий тест простой: если после шутки нужно спрашивать «ты чего обиделся, это же прикол», черта скорее всего уже пройдена. Настоящая безобидность не нуждается в оправданиях постфактум. Она видна сразу обеим сторонам разговора.
Юмор как инструмент притяжения и влияния
Психолог Роберт Провайн из университета Мэриленда десятилетиями наблюдал живой смех прямо на улицах и в кафе, вне всяких лабораторных условий, и собрал больше тысячи эпизодов. Его находка переворачивает бытовое представление о хохоте: в подавляющем большинстве случаев фраза, после которой раздавался смех, вовсе не была шуткой. «До скорого, увидимся» вызывало хохот ничуть не реже остроумной реплики. Провайн сделал вывод: главный ингредиент смеха не острота, а присутствие другого человека, и смех работает прежде всего как сигнал социальной связи.
Отсюда и практический эффект юмора в компании. Он не столько развлекает, сколько метит своего среди чужих. Общий смех синхронизирует людей за секунды, быстрее, чем это делает любой другой социальный сигнал, и подсказывает всем вокруг, кто настроен на одну волну. Ровно этот механизм лежит в основе притяжения к человеку с хорошим чувством юмора: он не обязательно умнее всех в комнате, но быстрее всех создаёт момент общей включённости. Тот же принцип синхронизации через маленькие импульсы лежит в основе личного обаяния, о механике которого мы подробно писали в разборе харизмы: юмор там один из двенадцати рабочих приёмов, причём доступный для тренировки почти сразу.
Когда идти к врачу
У смеха и юмора есть медицинская изнанка, о которой редко говорят. Знать её стоит хотя бы для того, чтобы не спутать симптом с характером.
Внезапные приступы неконтролируемого смеха или плача, не соответствующие настроению человека и несоразмерные поводу, могут быть псевдобульбарным аффектом: неврологическим состоянием, которое встречается после инсульта, черепно-мозговой травмы, при рассеянном склерозе, болезни Паркинсона и некоторых формах деменции. Причина тут в сбое нервных путей, которые управляют выражением эмоций, и разбираться с этим должен невролог. Отдельный красный флаг: если юмор вдруг стал исключительно мрачным и обращён на разговоры о бессмысленности жизни или на прямые намёки о нежелании жить, у человека с подавленным настроением. Здесь шутка может маскировать симптом депрессии, и повод для разговора со специалистом не откладывается. Отдельно от этого стоит гелотофобия, изученная психологом Виллибальдом Рухом: устойчивый и непропорциональный страх оказаться смешным в чужих глазах: он сужает круг общения, и его стоит прорабатывать с психотерапевтом, если он мешает жить.
Ничего из перечисленного не касается обычного человека, который просто не любит компанию шумных шутников или скептически относится к юмору на работе. Это обычное дело вкуса и темперамента. Граница проходит там, где смех или его полное отсутствие перестаёт слушаться самого человека.
Юмор как способ пережить тяжёлое
Психолог Родни Мартин вместе с Германом Лефкуртом ещё в 1983 году в Journal of Personality and Social Psychology опубликовал опыт на 143 студентах: людям давали список недавних неприятных событий и мерили их сегодняшнее настроение шестью разными способами измерить чувство юмора, от опросников до умения сходу придумать смешной комментарий к скучному слайду. У людей с высокими баллами по пяти из шести измерений связь между количеством неприятностей и упадком настроения оказалась заметно слабее, чем у тех, кто юмором почти не пользовался. Стресс на них давил тот же самый, а откликалось тело мягче.
Похожий механизм описывал психиатр Виктор Франкл, переживший несколько концлагерей: в своих записях он вспоминал, как заключённые иногда придумывали друг другу шутки о том, какими нелепыми привычками обзаведутся после освобождения, и называл это одним из немногих доступных способов удержать дистанцию от происходящего хотя бы на минуту. Юмор как копинг не отрицает тяжесть события. Он на короткое время помогает встать чуть в стороне от происходящего, и это ровно та дистанция, которую требует теория доброкачественного нарушения.
Можно ли развить чувство юмора: честный ответ
Да, и это измеренный результат, не строчка из мотивационной книги. Психолог Пол Макги, автор восьминедельной «программы семи привычек», предположил, что чувство юмора складывается из отдельных тренируемых навыков: игривости, умения находить нелепое в быту, лёгкости к самому себе. В 2018 году швейцарский психолог Виллибальд Рух с коллегами Дженнифер Хофман, Сандрой Руш и Хайди Штольц проверили эту программу на 110 взрослых участниках, поделённых на опытную и контрольную часть.
Восемь недель занятий подняли показатели чувства юмора по стандартной шкале заметнее, чем в контрольных группах, а эффект держался ещё два месяца после окончания курса. Отдельно выросла удовлетворённость жизнью у тех, кто дополнительно выполнял домашние задания между встречами. Программу с успехом повторили в США, Австралии и Германии, и везде результат совпадал: способность подмечать и создавать смешное реагирует на практику так же, как любой другой навык, будь то память или внимание. Заодно она тесно связана с умением называть свои и чужие чувства словами: эту связку мы отдельно разбирали в материале про эмоциональный интеллект.
Что делать прямо сейчас: три приёма
Эти три хода работают сразу, в ту секунду, когда нужно снять напряжение шуткой. Или решить, стоит ли вообще её произносить.
Первый: проверка двух сигналов. Перед репликой быстро задайте себе вопрос из теории Макгроу и Уоррена: есть ли здесь нарушение и точно ли оно безобидно именно для того человека, который стоит рядом. Если хотя бы один из слушателей может воспринять его как настоящую угрозу, приберегите фразу для другой компании.
Второй: замена самоуничижения самоиронией. Вместо «я вечно всё порчу» скажите «сегодня расписание опять победило меня со счётом два ноль». Разница крошечная по буквам и огромная по сути. На смех идёт ситуация, а достоинство остаётся при вас.
Третий: пауза перед сарказмом. Секундная задержка до колкой реплики даёт время на один вопрос. Смеются ли надо мной вместе со мной, или мной затыкают чужое неудобство? Если ответ второй, агрессивный стиль уже включился, и лучше заменить реплику вопросом или обычным замечанием без шутки.
Практика на сегодня: дневник трёх улыбок
Простое упражнение опирается сразу на две находки из этой статьи: у Провайна смех рождается от присутствия другого человека, а у Мартина и Лефкурта юмор смягчает удар от стрессовых событий дня.
Займёт пять минут вечером, нужны только бумага и ручка.
- Вспомните три момента за день, когда вы улыбнулись или засмеялись, даже мельком. Подойдёт что угодно: смешная фраза на работе, нелепость в новостях, собственная неловкость.
- Рядом с каждым моментом одним словом отметьте, кто был с вами: коллега, партнёр, ребёнок, случайный прохожий, или пометьте «один».
- Если у двух из трёх пунктов стоит «один», выберите на завтра человека и удобный случай, чтобы разделить с ним что-то смешное вслух, не в переписке.
- Отдельно отметьте, был ли среди сегодняшних моментов юмор за чужой счёт. Если да, подумайте, как она выглядела бы с другой стороны стола.
Как понять, что получилось: через неделю доля случаев, разделённых с другим человеком, растёт, а эпизоды «за чужой счёт» становятся заметны сразу, ещё до того как всё прозвучало вслух.
Чего делать не стоит
- Оправдывать обиду словами «это же просто шутка». Эта фраза сообщает слушателю, что его реакция не в счёт, и обычно только усиливает разлад, вместо того чтобы снять напряжение.
- Держать в компании роль штатного объекта для подколов. Разовая самоирония освежает разговор. Постоянная роль мишени со временем стирает уважение к вам, даже если сначала выглядит безобидно.
- Шутить о теме без проверки дистанции слушателя. Тема, над которой вы сами давно посмеиваетесь, может оказаться свежей раной для человека напротив. Заранее это неизвестно без короткой паузы на подумать.
- Ждать, что чувство юмора появится само по себе. Программа Макги показала обратное: результат даёт практика, регулярные повторения меняют дело быстрее, чем ожидание подходящего настроения.
- Путать громкость смеха с его качеством. Провайн зафиксировал: сам смеющийся смеётся заметно чаще своей аудитории, поэтому оценивать шутку по собственной реакции на неё ненадёжно.
Что из этого следует
Смешное рождается из двух условий сразу: правило дало сбой, а угрозы в этом нет. Пока оба держатся вместе, работает смех. Стоит одному из них исчезнуть, включаются гнев, обида или скука. Тело в этот момент не просто фон: дыхание сбивается на характерный ритм, мышцы лица и живота получают лёгкую тренировку, порог боли растёт, а гормоны стресса откатываются назад в считаные минуты. Из четырёх стилей юмора два строят близость с людьми, а два, самоуничижительный и агрессивный, обходятся дороже самому шутнику, чем его слушателям. Юмор смягчает удар тяжёлых событий, если человек умеет вставать рядом с ситуацией вместо того, чтобы проваливаться в неё, и это умение реально нарабатывается практикой в любом возрасте.
Кортизол падает на 39% уже после часа комедии: тело откликается на смех раньше, чем ум успевает оценить шутку. Тот же принцип, реакция организма опережает осознанную мысль, лежит в основе большинства телесных сообщений, которые люди годами списывают на характер или усталость. «За пределами заболеваний» разбирает эти сигналы по системам и даёт ежедневный протокол, чтобы то же чувство отбоя приходило не только вечером после случайной хорошей комедии.
Частые вопросы
Что такое чувство юмора простыми словами?
Это способность улавливать несовпадение: замечать, что ситуация одновременно нарушает привычный порядок вещей и не несёт реальной угрозы. Формулу вывели в 2010 году психологи Питер Макгроу и Калеб Уоррен и назвали её теорией доброкачественного нарушения.
Отдельно от этого стоят ещё два навыка: умение самому создавать смешное и чувствовать, когда шутка неуместна. У разных людей эти три навыка развиты неравномерно.
Как развить чувство юмора взрослому человеку?
Реально, и это измерено: восьминедельная программа психолога Пола Макги подняла показатели чувства юмора у 110 взрослых участников в исследовании Виллибальда Руха 2018 года, эффект держался ещё два месяца после занятий.
Работают простые повторяющиеся действия: замечать смешное в быту, пробовать формулировать его вслух, разделять моменты смеха с другими людьми вместо того, чтобы держать их при себе.
Почему люди смеются, когда им не смешно?
Психолог Роберт Провайн зафиксировал больше тысячи эпизодов смеха в естественной обстановке и обнаружил: подавляющее большинство фраз перед смехом не содержало ничего остроумного. Главным условием смеха оказалось присутствие другого человека, а не качество шутки.
Поэтому смех в разговоре чаще работает как сигнал социальной синхронизации, а не как оценка юмора собеседника.
Какие бывают стили юмора?
Психолог Родни Мартин с коллегами в 2003 году выделил четыре стиля: аффилиативный и самоподдерживающий работают на сближение с людьми и на устойчивость к стрессу, агрессивный и самоуничижительный связаны с враждебностью, тревожностью и более низкой самооценкой.
Один человек обычно сочетает несколько стилей сразу, просто в разной пропорции.
Вреден ли самоуничижительный юмор?
В исследованиях он устойчиво связан с более высокой тревожностью, депрессивными симптомами и низкой самооценкой, даже с поправкой на общую склонность человека шутить. Разовая самоирония над нелепой ситуацией отличается от привычки постоянно выставлять на смех саму личность.
Граница проходит по объекту шутки: над чем смеются, над ситуацией или над человеком.
Чем агрессивный юмор отличается от обычной шутки?
Обычная шутка безобидна для обеих сторон разговора одновременно. Агрессивный юмор смешит за счёт слушателя, и решение о безобидности принимает не тот, кто шутит, а тот, о ком шутка.
Частый маркер: фраза «да ладно, шутка же» в ответ на возражение слушателя.
Помогает ли юмор справляться со стрессом?
Да, психологи Родни Мартин и Герман Лефкурт показали ещё в 1983 году: у людей с высокими баллами по нескольким шкалам юмора связь между количеством неприятных событий и упадком настроения заметно слабее, чем у остальных.
Механизм работает через дистанцию: юмор помогает встать чуть в стороне от тяжёлой ситуации, не отрицая её тяжесть.
Почему одна и та же шутка одних смешит, а других обижает?
У каждого человека свой набор норм и своя психологическая дистанция до каждой из них. Если нарушенная норма важна лично для вас или дистанция до неё маленькая, тот же самый повод перестаёт быть безобидным и превращается в настоящую угрозу.
Поэтому шутки про личный опыт слушателя требуют больше осторожности, чем шутки про отвлечённые вещи.
Что делать, если постоянно боишься показаться смешным?
Устойчивый и непропорциональный страх оказаться смешным в глазах других людей называют гелотофобией, его изучал психолог Виллибальд Рух. Если это состояние сужает круг общения и мешает жить, стоит обсудить его с психотерапевтом.
Обычная стеснительность на публике или нелюбовь шутить самому к гелотофобии отношения не имеет.
Источники
- McGraw A.P., Warren C. Benign Violations: Making Immoral Behavior Funny. Psychological Science, 2010. petermcgraw.org
- Martin R.A., Puhlik-Doris P., Larsen G., Gray J., Weir K. Individual differences in uses of humor and their relation to psychological well-being: Development of the Humor Styles Questionnaire. Journal of Research in Personality, 2003. sciencedirect.com
- Martin R.A., Lefcourt H.M. Sense of humor as a moderator of the relation between stressors and moods. Journal of Personality and Social Psychology, 1983. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov
- Fry W.F., Rader C. The respiratory components of mirthful laughter. Journal of Biological Psychology, 1977. psycnet.apa.org
- Dunbar R.I.M. и др. Social laughter is correlated with an elevated pain threshold. Proceedings of the Royal Society B, 2012. pmc.ncbi.nlm.nih.gov
- Berk L.S. и др. Neuroendocrine and stress hormone changes during mirthful laughter. American Journal of the Medical Sciences, 1989. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov
- Provine R.R., Fischer K.R. Laughing, smiling, and talking: relation to sleeping and social context. Ethology, 1989 (продолжено работой 1993 года о пунктуации речи смехом). onlinelibrary.wiley.com
- Ruch W., Hofmann J., Rusch S., Stolz H. Training the sense of humor with the 7 Humor Habits Program and satisfaction with life. HUMOR, 2018. degruyterbrill.com
- Platt T., Ruch W. и др. Extreme fear of being laughed at: Gelotophobia. Studia Psychologica / HUMOR. en.wikipedia.org
- Frankl V. Man's Search for Meaning, 1946: наблюдения о юморе в концлагере. pmc.ncbi.nlm.nih.gov
- Cleveland Clinic. Pseudobulbar Affect (PBA): Causes, Symptoms & Treatment. my.clevelandclinic.org
